И снова ничего не произошло, только во рту появился кисло-соленый вкус крови — наверное, он слишком сильно прикусил губу.

Ступеньки оказались довольно крутые, но помочь Опорто преодолеть их не составило труда — летящий по туннелю поезд уменьшил вес до нескольких фунтов. Они оказались в другой комнате, тоже небольшой и безлюдной.

Но меблирована она была с роскошью — выдержана в белых и золотых тонах, на небольшом туалетном столике перед овальным зеркалом в золотой раме лежали эбеново-черные гребни и щетки для волос. Райленд догадался, что по той лестнице должна была входить личная служанка владелица комнаты.

И вдруг он услышал чье-то пение.

Замерев на секунду, Стив позвал:

— Эй, кто-нибудь! Вы слышите меня? Я ищу врача!

Ответа не последовало, но пение продолжалось. Голос был девичий, чистый и приятный. Девушка пела для собственного удовольствия. Время от времени она повторяла строчку, делала паузу, снова начинала петь. Сквозь ее пение, как аккомпанемент, слышалось мелодичное воркование.

Райленд взглянул на Опорто, пожал плечами и без колебаний толкнул дверь.

Перед ними, как в волшебном сне, возникла изумрудно-серебряная комната.

По стенам медленно плыли мягкие зеленые огни. В центре размещалась серебряная ванна шести футов в диаметре, частично утопленная в пол. Из пастей хрустальных дельфинов били тонкие струйки ароматной теплой воды, падая в радужную пену, над которой виднелись голова, руки и колено самой прекрасной девушки, которую Райленд видел в жизни.

— П-прошу п-прощения… — смущенно и обеспокоенно пробормотал он.

Девушка повернула голову и посмотрела на него, на ее белых влажных плечах сидели две… птицы. Нет. Внешне они напоминали птиц, но были сделаны из металла — перья из тончайших чешуек серебра, рубиновые глаза… Металлические создания тревожно зашевелились, заворковали тихо, но угрожающе.